Фэндом

Виртуальная лаборатория

Зарождение социальности «с нуля»

перенаправлено с «Становление социальности с нуля»

204 622статьи на
этой вики
Добавить новую страницу
Обсуждение3 Поделиться
Парц проблема социализация.gif

Снизу-вверх: разрозненные изначально персоны в ходе поисковой коммуникации образуют виртуальные страты все более высокого уровня размерности

Ортега-и-Гассет о становлении социальностиПравить

c.587: "Другой" - Человек - есть прежде всего некий индивид, любой "другой", о котором только и известно, что он мне "подобен" - в том смысле, что способен мне отвечать и что уровень его ответных реакций приблизительно равен уровню направленных к нему моих действий, чего не происходит, когда я обращаюсь к животному. Эту способность отвечать мне, реагировать на весь диапазон моих действий я называю способностью со-ответствовать мне или быть взаимным. Но если я всего лишь открыт "другому", всего лишь отдаю себе отчет, что он здесь со своим "Я", своей жизнью и миром, то я еще никак с ним не поступаю, и подобный изначальный альтруизм еще не составляет "социального отношения". Чтобы последнее возникло, я должен поступить по отношению к «Другому» каким-то образом, повести себя с ним так, чтобы вызвать его ответ. Тогда он и я обретем бытие, и то, как поступает каждый из нас с другим, станет чем-то происходящим между нами.

"Мы-отношение" есть первичная форма социального отношения, или социальности. Не важно, каково его содержание: поцелуй, удар.
Целуемся мы или деремся — существенно наличие данного «мы». И здесь я уже не просто живу, а живу вместе с другими. Эту "мы"-реальность или нашество можно называть самым обыкновенным словом: общение. В общении, которое есть «мы»-реальность, если оно входит в обычай и становится продолжительным, «Другой» обретает конкретный облик.

Calabi-Yau.png

Мифообраз=архетип зарождающейся социальности (по мотивам 6-мерного пространства Калаби — Яу)

Из «любого», из абстрактного ближнего человеческий индивид через ступени нарастающей определенности превращается в знакомого мне, то есть более близкого человека. Высшая степень близости есть то, что я называю «задушевным отношением». Когда я вступаю в задушевное общение с «Другим», то я не могу спутать его с остальными, он для меня незаменим. Он — единственный в своем роде. Так, внутри пространства жизненной реальности, или того со-переживания, которое есть «Мы»,

«Другой» превратился в «Ты»
И поскольку это происходит со мной не только при общении с каким-то одним человеком, а с довольно большим числом людей, то человеческий мир предстает как горизонт людей, самый близкий для меня круг которых составляют многие «Ты», иными словами, неповторимые для меня индивиды. За ними следуют круги менее знакомых мне людей и так вплоть до края моего человеческого окружения, где находятся безразличные для меня индивиды, иначе говоря, индивиды, полностью взаимозаменяемые. Таким образом, человеческий мир развертывается предо мной как перспектива большей или меньшей сокровенности, большей или меньшей индивидуальности или общности, то есть как перспектива близкой и дальней человечности.

Итак, выяснив, что мы живем среди людей, нам следует более серьезно подойти к проблеме «Ты». Попытаемся сказать хотя бы что-то из того, что должно, о том,

как «Другой» превращается в «Ты»?
. Что происходит с «Другим», когда он вдруг становится «Ты»? Подобное событие, вероятно, — самое драматическое из всего, что с нами бывает. До сих пор в нашем мире обнаруживал себя «Другой», «Он», то есть третье лицо, — не берусь утверждать, насколько удачно само слово, — а также «Ты», или второе лицо, но отсутствовало первое лицо, или «Я», конкретное «Я» каждого из нас. По-видимому, «Я» и есть последний персонаж трагикомедии нашей жизни. Мы уже не раз вспоминали о «Я», всегда, тем не менее, принимая его за нечто само собой разумеющееся, иначе — употребляя это имя безответственно, лишь бы как-то начать разговор...Мы уже установили: изначальный Человек — это «Другой», и он скорее не живет, а со-присутствует в нашей жизни, так же как мы со-присутствуем в его жизни. Но со-жизнь, со-переживание — реальность вторичная, то есть предполагаемая, тогда как
жизнь в радикальном одиночестве — это реальность изначальная и несомненная.

Мое понимание общества — практически обратное подходу, выдвинутому всеми, кто серьезно разрабатывал данный вопрос, а именно Гуссерлем и его учениками: Финком, Шюцем, Левитом и др., — весьма сложно и потребует от вас максимального внимания. Итак, каждый находится среди людей; они образуют человеческое окружение, иначе говоря — встроены в то, что я называю «перспективой человеческого», где одни более индивидуальны, близки нам, знакомы, другие — менее, вплоть до нулевой степени задушевности. Здесь я хотел бы спросить: что происходит, когда я определяю мое отношение к другому как нулевую степень задушевности? Очевидно одно: в данном случае я не знаю об этом человеке ничего особенного, исключительного. Я только считаю, руководствуясь его телесным видом, что этот человек мне «подобен» или наделен абстрактными и необходимыми человеческими признаками, а потому он что-то чувствует. Но я в полном неведении, что он чувствует, желает, какова траектория его жизненного пути, я не знаю, к чему он стремится и каковы нормы его поведения.

Теперь представим себе, что каждый из нас в силу тех или иных причин вступает в активное социальное отношение с подобным ему человеческим существом, скажем, предпринимает какое-либо действие — безразлично, адресовано ли оно непосредственно «другому», или рассчитано на его существование, а значит, и его возможное вмешательство. Это обязывает нас «вычислить» проект действия «другого», то есть мы должны постараться предвосхитить его отношение, ответную реакцию. Однако на чем именно мы можем основывать подобное предположение? Заметим: вышеназванные признаки, позволяющие характеризовать данного «другого» как нулевую степень близости для меня, сводятся исключительно к тому, что «другой», по всей видимости, отреагирует на мое действие. Как он отреагирует, я предугадать не могу, у меня нет для этого данных. И тогда я обращаюсь к общечеловеческому опыту, накопленному в ходе моего общения с другими, более известными мне людьми, чьи отношения со мной определяются не нулевой степенью близости, а некой положительной величиной. Ибо у всех нас где-то на периферии наших привычных знаний хранится практическая идея человека, догадка о том, каковы общие схемы его возможного поведения.

Есть опыт, который утверждает: человек щедр, добр, великодушен, и есть опыт, подсказывающий, что человек — вор, посягающий на вещи и идеи, что он — убийца, завистник, злодей, болван. Следовательно, перед лицом неизвестного «Другого» в его чистом виде я вынужден предположить и самое худшее — допустить, что его ответной реакцией может быть, например, удар ножом или множество других столь же враждебных, действий.

На какое-то время «Другой» в чистом виде — в равной степени мой потенциальный друг и мой потенциальный враг.
Позднее мы убедимся, насколько эта
двойственная, но тем не менее вероятная противоречивая возможность того, что Человек может оказаться и врагом, и другом (как против нас, так и за нас), есть основа всего социального.
Традиционное утверждение, согласно которому человек — общественное животное, в своем обычном толковании только препятствовало возникновению строгой социологии. Социальность, общительность означает лишь возможность вступать в социальное отношение с другими, а социальное отношение, как уже указывалось, — это в равной степени и поцелуй красивой женщины (какое счастье!), и удар ножом от встречного бандита (какой ужас!). Нынешнее чисто оптимистическое истолкование понятий «общественный», «общество» давно не выдерживает критики, и нужно как можно скорее от него отказаться. Реальность понятия «общество» в основе своей подразумевает как положительный, так и отрицательный моменты,
любое общество одновременно есть в той или иной мере и разобщенность, и сосуществование друзей и врагов.
Как видно, та социология, к которой мы в данном случае приближаемся, гораздо драматичнее предыдущих. Но если уже сейчас нашему взору внезапно явилась противоречивая, точнее, противодействующая двойственность социальной реальности, мы пока не в состоянии даже в отдаленном приближении различить то, что скрывается за этим противопоставлением, некую неизвестную величину, X, который равно может обозначать и тесную дружбу, и жестокую вражду.
Некий X, стоящий за указанными противопоставленными возможностями, содержащий их в себе, их осуществляющий, и есть именно общество.
Но что это такое — пока остается загадкой.

Общение неизбежно начинается с действия, которое само по себе бессмысленно, ибо единственная его цель — разведать друг друга, уделить какое-то время взаимному выяснению наших возможных отношений. Мы унаследовали лишь остаточную форму данного сближения (через приветствие).

«Ты» становится яснее, когда безграничное число возможностей, приписываемых нами другому человеку как совершенно пустой категории, постепенно сокращается, выстраиваясь в конкретную к точную систему возможных и невозможных качеств, которой и является для нас любой «ты».

Независимо от нашей уверенности в том, что мы хорошо представляем себе какого-нибудь человека, от нашей убежденности в наличии у него тех или иных черт, все наши попытки предсказать его поведение в определенной ситуации, которая действительно для нас интересна, терпят провал, и в конечном итоге мы даже допускаем значительное расхождение его будущего поведения с нашими ожиданиями. Не так обстоит дело с предвидением в науке, например, с законами физики и биологии, не говоря уже о математике. Научное знание носит закрытый и строгий характер, а наше жизненное знание других и нас самих всегда открыто, незавершенно, имеет подвижные границы. Причина одна: человек, или «другой» или я, не имеет окончательно закрепленного бытия; его бытие есть именно свобода бытия.

Наше прошлое, несомненно, гнетет нас, склоняя к тому, чтобы стать в будущем именно «тем», а не «этим», но оно не сковывает нас цепью и не влечет за собой бесповоротно. И только когда Человек, или «ты», умер, его бытие окончательно становится тем, чем было и чего уже нельзя исправить, чему нельзя возразить и к чему нечего добавить. Жизнь — это изменение; в каждый последующий миг она уже не та, какой была до сих пор, жизнь никогда не бывает собой в конечном счете. Только смерть встает преградой очередным переменам, превращая человека в законченного и неизменного самого себя, в навеки неподвижную фигуру; иными словами, смерть освобождает человека от перемен и увековечивает его.

Я вижу текучесть переживаний ближнего. Они следуют друг за другом, и эта последовательность — время. Мои слова: «Я вижу, как бежит жизнь другого», означают: я вижу, как бежит, проходит, расходуется его жизненное время, часы которого сосчитаны. Но пока перед моим взором течет, убегает время другого, то же самое происходит и с моим временем. Пока мы сопереживаем друг другу, равновеликая доля наших двух жизненных отрезков проходит одновременно: иными словами, наши времена современны. «Ты» и многие «ты» — наши современники.

«Другие» — не только живущие. Есть «Другие», которых мы никогда не видели и которые, тем не менее, для нас «другие»; всевозможные семейные предания, памятники, старинные документы, легенды, мемуары служат для нас новым типом знаков других жизней, которые были разновременны с нами, то есть несовременны. По ту сторону людей, заполняющих наш горизонт, гораздо больше «других»; это скрытые жизни, иначе говоря, Прошлое. История — это усилие, которое нужно приложить, чтобы ее распознать, поскольку она представляет собой технику общения с мертвыми, некий любопытный вариант подлинного наличного социального отношения.

Итак, «Другой» формально, конститутивно опасен. Замечательное слово, совершенно точно называющее реальность, которую я имею в виду! Опасное — не обязательно злое, враждебное; оно может значить и противоположное — благое, счастливое. Когда речь идет об опасном, обе вероятности в равной мере возможны. Чтобы разрешить сомнение, следует это опасное испытать, проверить на собственном опыте. Испытание, проба — вот исходное значение латинского слова periculum, из которого в результате диссимиляции возникло испанское peligro. Заметьте, кстати, что корень per в periculum тот же самый, который дал жизнь таким словам, как «экспериментировать», «эксперимент», «эксперт».

Почва нашего общения с людьми находит свое подлинное выражение в слове «борьба». Даже образцовая гармония в счастливой семье, где все связаны узами подлинной нежности, — не что иное, как результат равновесия, примирения и взаимоприспособления, достигнутых ее членами — точнее, каждым из них — после того, как он получил бесчисленные травмы в столкновениях с другими. И пусть подобные толчки и удары сами по себе ничтожны, они, по сути, — жестокая и непрерывная борьба в чистом виде. Мы познаем бытие и истинные пределы «Другого», когда наш собственный образ и уклад бытия наталкивается на острые грани бытия «Другого». Непрерывный и бесконечный ряд угроз и опасностей открывается как нам, так и «Другому» в сопереживании. Само слово «борьба» настолько нас раздражает, что в большинстве случаев его лучше вообще не произносить, — вот вам еще одно скромное подтверждение правильности сделанных выводов.

Даже когда кто-то со мной в чем-то совпадает, он тем самым сталкивается со мной, отрицает меня. И эти враждебные импульсы расстреливают меня в упор. Итак, любое сопереживание, в котором принимают участие и я, и «другой», оборачивается постоянным конфликтом, то есть мое столкновение с «другим» по любому поводу позволяет самому мне открыть мои собственные пределы, грани, контуры, отделяющие меня от «Ты» и «Твоего мира». Мой мир до предела насыщен мною. Даже «Ты» сам, прежде чем стать тем уникальным «Ты», каковым являешься для меня сейчас, не был раньше мне чужд. Я считал, что ты мне подобен, иначе говоря, что ты — alter, другой, и вместе с тем «Я», ego, — alter-ego.

См. также Править

Системные аналогии Править

По мотивам [3] Править

Интригующим предсказанием теории струн воспользуемся для раскрытия многомерности семантических пространств.

Ноосфе́ра (греч. νόος — «разум» и σφαῖρα — «шар») — сфера взаимодействия общества и природы, в границах которой разумная человеческая деятельность становится определяющим фактором развития (эта сфера обозначается также терминами «антропосфера», «биосфера», «биотехносфера»)[1].

Ноосфера — предположительно новая, высшая стадия эволюции биосферы, становление которой связано с развитием общества, оказывающего глубокое воздействие на природные процессы. Согласно В. И. Вернадскому, «в биосфере существует великая геологическая, быть может, космическая сила, планетное действие которой обычно не принимается во внимание в представлениях о космосе… Эта сила есть разум человека, устремленная и организованная воля его как существа общественного»[1].

Возникновение и развитие ноосферы Править

В ноосферном учении человек предстаёт укоренённым в природу, а «искусственное» рассматривается как органическая часть и один из факторов (усиливающийся во времени) эволюции «естественного». Обобщая с позиции натуралиста человеческую историю, Вернадский делает вывод о том, что человечество в ходе своего развития превращается в новую мощную геологическую силу, своей мыслью и трудом преобразующую лик планеты. Соответственно, оно в целях своего сохранения должно будет взять на себя ответственность за развитие биосферы, превращающейся в ноосферу, а это потребует от него определённой социальной организации и новой, экологической и одновременно гуманистической этики.

Ноосферу можно охарактеризовать как единство «природы» и «культуры». Сам Вернадский говорил о ней то как о реальности будущего, то как о действительности наших дней, что неудивительно, поскольку он мыслил масштабами геологического времени. «Биосфера не раз переходила в новое эволюционное состояние… — отмечает В. И. Вернадский. — Это переживаем мы и сейчас, за последние 10—20 тысяч лет, когда человек, выработав в социальной среде научную мысль, создаёт в биосфере новую геологическую силу, в ней не бывалую. Биосфера перешла или, вернее, переходит в новое эволюционное состояние — в ноосферу — перерабатывается научной мыслью социального человека» («Научная мысль как планетное явление»). Таким образом, понятие «ноосфера» предстаёт в двух аспектах:

  1. ноосфера в стадии становления, развивающаяся стихийно с момента появления человека;
  2. ноосфера развитая, сознательно формируемая совместными усилиями людей в интересах всестороннего развития всего человечества и каждого отдельного человека

История представлений Править

Понятие «ноосфера» было предложено профессором математики Сорбонны Эдуардом Леруа (1870—1954), который трактовал ее как «мыслящую» оболочку, формирующуюся человеческим сознанием. Э. Леруа подчёркивал, что пришёл к этой идее совместно со своим другом — крупнейшим геологом и палеонтологом-эволюционистом и католическим философом Пьером Тейяром де Шарденом. При этом Леруа и Шарден основывались на лекциях по геохимии, которые в 1922/1923 годах читал в Сорбонне Владимир Иванович Вернадский (18631945).

Наиболее полное воплощение теория Леруа нашла в разработке Тейяра де Шардена, который разделял не только идею абиогенеза (оживления материи), но и идею, что конечным пунктом развития ноосферы будет слияние с Богом. Развитие ноосферного учения связано в первую очередь с именем Вернадского.

В основе теории ноосферы Леруа лежат представления Плотина (205—270) о эманации Единого (непознаваемой Первосущности, отождествляемой с Благом) в Ум и мировую Душу, с последующей трансформацией последних снова в Единое. Согласно Плотину, сначала Единое выделяет из себя мировой Ум (нус), заключающий в себе мир идей, затем Ум производит из себя мировую Душу, которая дробится на отдельные души и творит чувственный мир. Материя возникает как низшая ступень эманации. Достигнув определенной ступени развития, существа чувственного мира начинают осознавать собственную неполноту и стремиться к приобщению, а затем и слиянию с Единым.

Эволюционная модель Леруа и Тейяра де Шардена повторяет основные положения неоплатонизма. Разумеется, возникновение Вселенной, появление и развитие жизни на Земле описывается в терминах современной науки, но принципиальная схема концепции соответствует принципам неоплатоников. Человек у Плотина стремится выйти за пределы Души в сферу Разума, чтобы затем, через экстаз, приобщиться к Единому. Согласно Тейяру де Шардену, человек также стремится перейти в сферу разума и раствориться в Боге.

Идеи Плотина были восприняты Леруа в бергсонианском духе. Влияние Анри Бергсона (1859—1941) на создание теории ноосферы заключалось главным образом в выдвинутом им положении о творческой эволюции («L'évolution créatrice», 1907. Русский перевод: «Творческая эволюция», 1914). Подлинная и первоначальная реальность, по Бергсону, — жизнь как метафизически-космический процесс, творческая эволюция; структура её — длительность, постигаемая только посредством интуиции, различные аспекты длительности — материя, сознание, память, дух. Универсум живёт, растет в процессе творческого сознания и свободно развивается в соответствии с внутренне присущим ему стремлением к жизни — «жизненным порывом» (l'élan vital).

Влияние Бергсона прослеживается и у Тейяра де Шардена. В частности, в «Феномене человека» он несколько раз обращается к бергсоновским категориям порыва (l'élan) и длительности (durée).

Термин антропосфера в 1902 году ввел в научный оборот Д. Н. Анучин.

Критика Править

Если понятие «живое вещество» и «биосфера» приняты наукой, то понятие «ноосфера» вызывает до сих пор споры в научных кругах. Критики учения о ноосфере главным образом указывают на то, что это учение утопично и носит не научный, а религиозно-философский характер. В частности, д.б.н. Ф. Р. Штильмарк из Института проблем экологии и эволюции РАН считает: «мысли о Ноосфере как Обществе Разума… уже по самой сути своей глубоко религиозны и пока что остаются утопичными»[2].

Американский историк природоохраны Д. Винер называет учение о ноосфере «утопической и научно несостоятельной идеей»[3].

Критика ноосферы Вернадского дана также в монографии Б. М. Миркина и Л. Г. Наумовой[4].

Д. филос. наук В. А. Кутырев считает:

«Суть обновленного взгляда на ноосферу, который мы намерены здесь защищать и который, как кажется, более адекватно отвечает ситуации, такова: это учение с самого начала несло в себе элементы утопии; в нем переплелись аксиологические и онтологические подходы без какого-либо их разграничения… Ноосфера как гармония —- сциентистский аналог социально-политических утопий типа коммунизма и прочих, более ранних мечтаний о рае»[5].

А. В. Поздняков из Института мониторинга климатических и экологических систем СО РАН пишет:

В научной среде России «ноосферогенез» рассматривается как учение. Однако если под учением понимать теорию достижения цели, единственно необходимую последовательность практических действий, то это, скорее, не учение, а недостаточно обоснованные утопические положения о всемогуществе Человека. В основе этого «учения» — обыкновенное человеческое тщеславие, выливающееся в эго- и антропоцентризм… [6].


На основе учения о ноосфере появилось религиозное движение «ноосферизма». Д.ю.н. профессор М. Н. Кузнецов и к.ю.н. И. В. Понкин дали заключение «по содержанию религиозно-политической идеологии ноосферизма»[7], в котором отмечен широчайший размах этой «квазирелигиозной идеологии», указано на тесные связи «ноосферизма» с оккультно-религиозным учением «русского космизма» и с оккультно-религиозными объединениями последователей Рерихов. В то же время, по утверждению авторов заключения, оно не относится напрямую к наследию В. И. Вернадского, поскольку «ноосферизм» является манипуляцией идеями В. И. Вернадского и его именем[8][9].

Известный российский историк и социолог Н. А. Митрохин называет ноосферологию «сциентистской интеллектуальной традицией, обожествляющей личность покойного академика В. Вернадского» и потенциально «самой влиятельной из гражданских религий современной России»[10].

Ноосфера в современных sci-fi вселенных Править

  • Широкое значение ноосфера приобрела в серии игр «S.T.A.L.K.E.R.» (в особенности в игре: S.T.A.L.K.E.R.: Тень Чернобыля), где вымышленная группировка «О-Сознание», верила в коллективное сознание и работала над способом общения с ноосферой — информационной оболочкой Земли. Работа с ноосферой привела к локальной катастрофе и образованию аномальной Зоны.
  • В вымышленной вселенной Warhammer 40K существует особое измерение — Варп, которое, являясь «океаном чистой энергии», аккумулирует в себя абсолютно все поступки всех рас, содержит в себе одновременно картины прошлого и будущего. Люди могут путешествовать в данном измерении с помощью особых «варп-двигателей», будучи ведомыми особыми мутантами — «псайкерами» и защищенными полем обычной материи — «полем Геллера».


Ноосфера как вселенский разум Править

Ноосфера здесь и далее трактуется как метафорический образ вселенского разума, целостная сфера духа и души землян.

Ноосфера есть (существует и реализует себя) гармонический контур семантического пространства землян.

НООСФЕРА – это Универсальное (Вселенское) семантическое (смысловое) поле сознания


Гипотеза о топологии ноосферы Править

Calabi-Yau.png

Семантические связи служат "точками склейки" социальных коммуникаций в ноосфере, развивающихся во множестве размерностей (пространственных измерений)


Исходные положения Править


Тороид аспекты Будущего .png

Триединство монад=аспектов будущего в струнной интерпретации

БкВ «базовый резонатор»: определяются возможные моды колебания струны
БкО «гармония»: вычисляются «элегантные мелодизмы»
БкЖ «стартовый резонатор»: задаются начальные моды колебания струны

Проблемная ситуация как онтологическая единица Править

Топологии семантики.gif

Топологические аналоги семантических пространств

Подобно тору с его "простой" многомерностью, проблемная ситуация (в виде "невода" парциальных проблем ) состоит из:
  • "сплошности(ей)": узел\звезда как островок внятности, зародыш струны смыслов;
  • "отверстий" (дырка от бублика" – миф, бессмыслица, прогнотип).

Семантическое многообразие: метод орбифолдов Править

Метод орбифолдов как построение нового многообразия Калаби-Яу путем склеивания различных точек на исходном многообразии смыслов уместен и для моделирования усложняющихся социальных коммуникаций

Современное понимание высокоразвитого общества Править

Свои новейшие научных открытия и достоверные научные знания, которые разработаны многими исследователями и изобретателями, член Московского общества испытателей природы, секции планетонавтика Александр Макеев обобщил во всеобъемлющую естественную науку язык-Всезнание, описывающую все качества и виды всех уровней масштаба материи и всей беспредельно бесконечной беспредельно вечной вселенной.

На основе фундаментальных научных положений всезнания Александр Макеев разработал модель социума планетарного масштаба, названного им нообиотехнополе, нообиотехносфера. Более раннее название - техноосфера.

Нообиотехнополе свободно от тоталитарной религии посреднических мошеннических денежных фетишей. Каждый интеллектуально полноценный человек и всё нообиотехнополе руководствуются основным законом личности и социума Гиппократа-Макеева "Не вредить".

В нообиотехносфере каждый желающий того человек освобождён от функции биологического робота. Освобождаются для научного, изобретательского технического, литературного, культурного творчества, занятий искусствами, разработки технических, культурных и социальных проектов; проектов защиты отдельных граждан и всего человечества от мировоззренческих, техногенных, природных и космических катастроф; проектов освоения ближнего и дальнего космоса. Вместо этих творческих людей все основные съедобные и несъедобные потребительские ценности и услуги производят высоко надёжные, никогда не устающие, круглосуточно работающие технические роботы и технические автоматы, работающие высококачественно без выходных и праздников.

Каждому человеку в нообиотехнополе неотвратимо техническими роботами и техническими автоматами на дом доставляются заранее индивидуально с ним согласованные потребительские ценности и услуги только высшего качества. В качестве, ассортименте и количестве не меньше жизненной необходимости, но не больше цивилизационной достаточности - согласно требованию основного закона личности и социума Гиппократа-Макеева.

Рассуждения Александра Макеева о сути гармонии Править

Моё мнение - гармония есть целочисленные отношения величин приблизительно равного класса. Эти отношения: Q:1; Q:2; Q:3; Q:5; …; 1:1; 1:2; 1:3; 1:5; 1:7; ...; 2:2; 2:3; 2:5; 2:7; ...; 3:3; 3:5; 3:7; 3:11; ...; и т.д. То есть, отношения простых чисел. Причём 1 есть чудесное, волшебное простое число. Ему предшествует другое чудесное простое число - Q (квант). Квант - мера уровня целочисленно сравниваемых величин). Квант имеет несколько значений, обычно двойственность: импульс и противоположный импульс; вращение и противоположное вращение; внутренне и внешнее; … Ну и так далее. Вот ещё числа-кандидаты в члены делимого и делителя, формирующих золотые пропорции. Это простые числа "близнецы", отличающиеся друг от друга на простое число 2: 3/5; 5/7; 11/13; 17/19; 29/31; и т.д.

Из этих рассуждений можно прийти к пониманию гармонии в обществе людей. Надо обязательно учитывать качества личности каждого человека. Ведь люди различны по своим врождённым и приобретенным качествам. Поэтому никак нельзя всех людей насильственно уравнивать в их значимости для цивилизации планеты Земля! Женщины и мужчины очевидно не равны по своим биологическим и эмоционально-психологическим качествам. Таланты и гении заведомо не равны заурядным и тем более примитивным людям! Добро продуктивные личности заведомо не равны зло продуктивным индивидам! Человечество состоит из множества индивидуальностей. И невозможно каждому человеку с каждым другим человеком согласовать свои знания, миропонимание, продуктивную и потребительную деятельность. Социум опосредует взаимодействие людей друг с другом. Социум есть среда гармонизации бытия каждого человека относительно самого себя и общества. В этом взаимодействии человек и социум выступают в качестве двух партнеров, двух вселенных! Вот в этом и заключается гармония человека и общества! Человека и Вселенной! Человечества и Вселенной!

«Ноосфера зрелого социума. Космополитизм. Творчество относительности знаний эволюционирующего единого всезнания.

Приоритет фактов реальности над ирреальными выдумками. Идеология здравомыслия в сотрудничестве для оптимума бытия. Торжество реализма и рационализма, интуиции и логики. Высокоразвитое безденежное общество неотвратимого обеспечения каждого человека всем необходимым. В меру индивидуальных биологических и социальных потребностей не меньше индивидуальной необходимости, но не больше индивидуальной достаточности. Социальным статусом каждого человека является его личностная суть - знания всезнания его мировоззрения. Совершённые им открытия и изобретения. Потребительское поведение. Результаты труда и поступков. Личностное, мировоззренческое и имущественное сотрудничество на пользу каждого и всех в меру индивидуальных способностей». http://scicommunity.ru/files/Congress_2014/vol_36/vol_36_2.pdf Макеев А.К. Ноосфера // Фундаментальные проблемы естествознания и техники. Серия «Проблемы исследования вселенной». Выпуск 36 в 5 частях. Часть 2 (З-Мак). Материалы, представленные на Конгресс-2014 к 21-26 июля 2014 года. - Санкт-Петербург: Международный Учёных, 2014. – С. 317-361. ISSN 2304-0300]</ref>.


Без фундаментальной научной базы концепция научно организованного общества останется утопией Править

Во многих статьях о Ноосфере говорится, что ни один из авторов и последователей концепции Ноосферы не приводил фундаментальный научный базис под это понятие. В.И. Вернадский в условиях, способствующих формированию Ноосферы, не отобразил самых важных:

  • Научное определение оптимума бытия (добро) и не оптимального бытия (зло) человека и общества.
  • Научная классификация качеств личности и общества в эволюции всех типов этих качеств.
  • Ликвидация на Земле всех типов религий. В том числе запрет товарно-денежных отношений.
  • Принцип дарения продуктов труда и творчества каждого человека в общество и от общества дарение биологически и цивилизационно необходимых продуктов каждому человеку.
  • Мера народонаселения в границах минимально необходимого и максимально достаточного количества людей на Земле.

Эти упущения В.И. Вернадского и других авторов и последователей концепции Ноосферы восполнил российский врач универсал в статье: Макеев А.К. Личность и общество // SciTecLibrary.ru – 92 с. Дата публикации 07 июля 2015 года. Макеев Александр Константинович (обсуждение) 21:53, августа 27, 2015 (UTC)


См. также Править

Примечания Править

  1. 1,0 1,1 Всемирная энциклопедия: Философия / Гл. научн. ред. и сост. А. А. Грицанов. — М.: АСТ, Мн.: Харвест, Современный литератор, 2001. — 1312 с.
  2. Штильмарк Ф. Р. К спорам о дикой природе, заповедности и антропоцентризме
  3. Винер Д. Р. Культ Вернадского и ноосфера / Винер Дуглас Р. // В. И. Вернадский: pro et contra. — СПб., 2000. — С.645-646
  4. Миркин Б. М. и Наумова Л. Г. Курс лекций по устойчивому развитию. — АНО «Журнал „Экология и жизнь“», 2005. ISBN 5-94702-027-0
  5. В. А. Кутырев. Насколько разумна «сфера разума»?
  6. Поздняков А. В. Добрыми намерениями мостится дорога в ад // Проблемы устойчивого развития: иллюзии, реальность, прогноз: Материалы 6-го Всерос. постоянно действующего науч. семин. (Томск, 13-15 ноября 2002 г.). — Томск: Томский гос. ун-т, 2002. — С.3-17.[1]
  7. Заключение было направлено в ФСБ РФ «Общественным комитетом по правам человека»
  8. Заявление «Общественного комитета по правам человека» начальнику управления ФСБ РФ по Москве и Московской области по религиозно-политическим объединениям ноосферитов
  9. Гражданско-правовая, конституционно-правовая и уголовно-правовая охрана нравственности: Сборник / Отв. ред. и сост. д.ю.н., проф. М. Н. Кузнецов, д.ю.н. И. В. Понкин. — М.: Институт государственно-конфессиональных отношений и права, 2009. — 704 с.[2]
  10. Николай Митрохин. Клерикализация образования в России

Ссылки Править

«Ноосфера» в словарях
  • Ноосфера // «Новейший философский словарь»
  • Ноосфера // «Российский гуманитарный энциклопедический словарь»
  • Ноосфера // «Безопасность: теория, парадигма, концепция, культура»
  • Ноосфера // «Энциклопедия социологии»

Теория бозонных струн может быть построена только в 26-мерном пространстве-времени, а суперструнные теории — в 10-мерном.[1]

В распоряжении теории струн имеется два уместных механизма понимания зарождающейся социальности:

  • Компактификация: замыкание дополнительных измерений на себя на таких малых расстояниях, что они не могут быть обнаружены в экспериментах. Шестимерное разложение моделей достигается с помощью пространств Калаби — Яу.
  • Локализация: дополнительные измерения не столь малы, однако все частицы нашего мира локализованы на четырёхмерном листе в многомерной вселенной (мультивселенной) и не могут его покинуть. Этот четырёхмерный лист (брана) и есть наблюдаемая часть мультивселенной.

Единственная возможность обнаружить присутствие дополнительных измерений — гравитация. Гравитация, будучи результатом искривления пространства-времени, не локализована на бране, и потому гравитоны и микроскопические чёрные дыры могут выходить вовне. В наблюдаемом мире такой процесс будет выглядеть как внезапное исчезновение энергии и импульса, уносимых этими объектами.

Ссылки Править

  1. Барбашов, Б. М., Нестеренко, В. В. Суперструны — новый подход к единой теории фундаментальных взаимодействий // Успехи физических наук. Том 150, № 4. — М.: 1986, с. 489-524.

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Также на Фэндоме

Случайная вики